Библейские начала судейской этики

Василий Николаевич Мартышкин,
заместитель председателя
Верховного суда Республики
Мордовия, доцент кафедры
международного и европейского
права Мордовского
государственного университета
им. Н.П. Огарева

Василий Николаевич Мартышкин, заместитель председателя Верховного суда
Республики Мордовия, доцент кафедры международного и европейского
права Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева
Судьи, работники аппарата судов призваны своим ответственным исполнением
обязанностей по защите прав и законных интересов граждан, юридических лиц
и высоконравственным поведением укреплять авторитет судебной власти
1.
Требование следовать высоким стандартам морали и нравственности, проявлять
компетентность, добросовестность, независимость и беспристрастность основано на
положениях законодательства Российской Федерации, международных стандартах
в сфере правосудия и поведения судей. Именно неукоснительное соблюдение
судьями этих требований является основой общественного доверия к судебной
власти.
Право и нравственность имеют общий источник: его основу составляет древнейший
юридический кодекс — Ветхий Завет, нормы которого вошли в законы почти всех
государств.
И право, и православное христианство, как одна из традиционных религий в таком
многоконфессиональном государстве, как Россия, регулируют нормы поведения и
обязательны для соблюдения. Их отличия — в принудительной обязанности права
(нормы права обязательны для исполнения, и государство принуждает их
соблюдать), в то время как нравственные воззрения реализуются в соответствии с
представлениями общества о добре и зле. У мирского и Божьего суда общая цель —
нравственное воспитание граждан и прихожан
2.
«Предки наши были обязаны христианству… лучшею без сомнения
нравственностью», — писал в своем труде «История государства Российского» Н.М.
Карамзин (1776—1826) — историк, исследователь проблем политической и правовой
науки
3.
Многие нравственные начала вошли в быт народов, сложились в юридический
обычай
4, а затем нашли закрепление в новых видах источников права, таких как
Судебник 1497 года, Судебник 1550 года, Соборное уложение 1649 года, Свод
законов Российской империи 1832 года, Устав уголовного судопроизводства
1864 года и др.
Право совпадает с православным христианством в главном — в отношении к
человеку. Это характерно и для других традиционных религий. В Святом Писании
(Библии) сказано, что суд как Божье дело существует для регулирования споров в

сфере соблюдения нравственных начал: «Дело рук Его — истина и суд; все заповеди
Его верны, тверды навеки, основаны на истине и правоте» (ПС. 7—8, 110)
5.
В дохристианскую эпоху Аристотель (384—322 до н.э.) определил место суда в
системе государственных органов: «Душой государства являются военные и те, на
кого возложено отправление правосудия при судебном разбирательстве»
6. Недаром
говорится, что все профессии от людей, а от Бога только три — учить, лечить, судить.
Христианское представление о Суде Божьем: «Не судите, да не судимы будете; ибо
каким судом судите, таким будете судимы; и какой мерой мерите, такою и вам будут
мерить» (Евангелие от Матфея, 17) существенно отличается от общепринятого
представления о суде мирском: «Суд правый кривого дела не выправит, а кривой суд
правое скривит»
7.
Правовые воззрения народ всегда связывал с нравственными идеалами, которые
обязаны были защищать юристы. В своем наказе «Властителям и судьям» первый в
истории России министр юстиции Гавриил Романович Державин (1743—1816)
наставлял судей: «Ваш долг законы сохранять, на лица сильных не взирать»
8.
Непременная заповедь любого судьи во все времена — поиск истины. Отличает судей
нравственное мужество: решимость искать правду и ее провозглашать, противостоять
искушению, исполнять свой долг праведно, справедливо. Известно немало примеров
такого мужественного служения и в далеком прошлом, и в новейшей истории России.
Справедливость — один из основных принципов профессиональной деятельности
судей. Как правильно отметил французский лексикограф П. Буаст, «несправедливый
судья хуже палача»
9.
Во времена Моисея от судей требовали, чтобы они судили народ судом праведным и
давали наставления: «Не извращай закона, не смотри на лица и не бери даров, ибо дары
ослепляют глаза мудрых, правды, правды ищи, дабы ты был жив и овладел землею,
которую Господь, Бог твой, дает тебе» (Второзаконие, 16, 18—20).
Юридический сборник Древней Руси (XIII в.) «Мерило праведное» содержал
наставление: «Слушайте, все судьи земли. Да не сотворите неправды в суде, ибо
божий суд истинен. Проклят всякий судящий неправедно»
10.
Требование справедливого суда в России провозглашалось и закреплялось в
законодательных актах времен Петра I, Екатерины II, Александра II, в советский
период, оно установлено и в действующем российском законодательстве.
Образ безупречного в нравственном отношении судьи (требование Кодекса
судейской этики) восходит к нам со времен Нового Завета: «святые будут судить
мир» (1. Кор. 6, 2). Требование осуществлять профессиональную деятельность
честно, добросовестно и «в страхе Божьем» содержится и в Божественном
напутствии судьям: «Пусть наказывает меня праведник: это — милость; пусть
обличает меня — это лучший елей, который не повредит моей голове» (ПС. 140, 5).

Не утратили актуальности законоположения, закрепленные в Канонах Моисея,
относительно правил оценки доказательств с точки зрения их относимости,
допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела,
признания вины преступника.
Безусловное требования Канона — наличие множественности доказательств вины:
«Недостаточно одного свидетеля против кого-либо в какой-нибудь вине и в каком-
нибудь преступлении и в каком-нибудь грехе, которым он согрешит: при словах двух
свидетелей, или при словах трех свидетелей состоится всякое дело» (Второзаконие,
15,19).
Независимость судебной власти (данное основополагающее положение, закреплено
в ст. 8 Кодекса судейской этики) — это, как явствует из Библии, фундаментальный
принцип при рассмотрении спора: «Не следуй за большинством на зло, и не решай
тяжбы, отступая по большинству от правды» (Исх. 2, 23). Его гарантией была
несменяемость судьи. Срок библейского судейства заканчивался смертью судьи. Еще в
древние времена общество понимало, что независимость судебной власти — не
привилегия, а необходимое условие выполнения судебной властью своей высокой
миссии.
Законность
и презумпция невиновности
судопроизводства также признавались традиционной религией: «Где нет закона, нет
и преступления. Грех не вменяется, когда нет закона» (Рим. 4, 5, 13, 15).
К сожалению, стабильности судебной практики и единообразию применения закона
мешают «суетливость» современного законодательства, пробелы в праве,
неопределенность механизма реализации отдельных норм.
С принципом законности тесно связан принцип гласности и доступности
судебной власти, судебного акта: «И вынес первосвященник Ездра закон ко всему
народу — от мужчины до женщины, чтобы слушали закон и читал им его пред
воротами храма с утра до полудня и весь народ внимал закону» (2 Езд. 9, 40—46,
а также суд. 4—5).
Важнейший
принцип
беспристрастность (ст. 9 Кодекса судейской этики). «Один суд должен быть у вас,
как для пришельца, так и для туземца» (Лев. 22, 24). «Не различайте лиц на суде, как
малого, так и великого выслушайте: не бойтесь лица человеческого; ибо суд — дело
Божие» (Второзаконие, 1.17).
В истории немало примеров беспристрастности, объективности и мужества судей,
несмотря на серьезное давление, которое оказывалось на жрецов правосудия.
Французский судья отказал королю, просившему о содействии в судебном деле: «Ваше
величество! Суд постановляет приговоры, а не оказывает услуги». А.Ф. Кони повторил
эти слова министру юстиции графу К.И. Палену по делу Веры Засулич, который убеждал
его в необходимости добиться от суда присяжных обвинительного приговора
11.
Ветхозаветный канон требовал от суда обеспечения для сторон равной
возможности при состязании в споре: «Буду судиться с вами лицом к лицу» (Иез.
20,35).

Принятый в 2001 году Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации,

закрепляющий принцип равноправия сторон и их состязательность (ст. 15),

свидетельствует об исторической преемственности нравственных представлений о

суде и правосудии.

Российский император Петр 1 (1672—1725) считал, что «когда адвокаты у сих дел

употребляются, оные своими непотребными пространными приводами судью более

утруждают, и оные дело только паче к вящему пространству, нежели к скорому

приводят окончанию».

Петру вторил император Николай I (1794—1855): «Кто погубил Францию, как не

адвокаты? <...> Кто был Мирабо, Марат, Робеспьер и другие?! Нет! Пока я буду

царствовать, России не нужны адвокаты, и без них проживем». К счастью, не все

сановные правители в состязательности, как принципе судопроизводства, видели

угрозу своему трону. Прогрессивным шагом судебной реформы 1864 года во время

правления Александра II было решение о создании адвокатуры.

В советское время, особенно в 30—40-е годы прошлого века (во времена сталинских

репрессий), многие основополагающие принципы уголовного судопроизводства были

преданы забвению. Отсутствие эффективных механизмов сдержек и противовесов в

судопроизводстве приводило к тому, что в кабинетах руководителей силовых

структур можно было встретить плакаты со словами: «Отсутствие у вас судимости —

это не ваша заслуга, это наши недоработки» (Ф.Э. Дзержинский)».

Де-юре эти принципы декларировались в Конституции СССР, де-факто — массово

нарушались. Всевозможные репрессивные приказы и инструкции НКВД СССР подменяли

процессуальное законодательство. Один из таких приказов НКВД — о массовых

репрессиях граждан СССР12.

Во исполнение этой чудовищной директивы руководители регионов направляли

Сталину и Ежову секретные шифровки с просьбой утвердить увеличение лимита на

вынесение приговоров внесудебными органами (коллегия ОГПУ, особые «двойки» и

«тройки», особые совещания) по первой категории (расстрел) и второй категории

(лишение свободы).

Впрочем, принципы справедливого судопроизводства попирались во все времена.

Здесь можно вспомнить строки из романа «Былое и думы» А.И. Герцена:

«Неумеренная любовь раскрывать истину, добираться до подробностей в делах

уголовных, преследовать с ожесточением виноватых, сбивать их — все это чисто

французские недостатки. Судопроизводство для них — кровожадная игра, вроде

травли для испанцев. Прокурор, как ловкий тореадор, унижен и оскорблен, ежели

травимый зверь уцелеет»13.

Судебная ошибка — всегда трагедия, и во все времена она влекла особую

ответственность, потому что ни одну из них нельзя оправдать. Святитель Филарет в

Казанском соборе в связи с избранием судей в 1818 году напомнил нравственный

завет, который актуален и в настоящее время: судья должен быть надежным

охранителем жизни человека и врачом его болезней. Он предупреждал: «Если мы

бываем осмотрительны в избрании врача для легкой болезни, даже малейшей нашего

тела, какая осмотрительность потребная в избрании судьи, которому более или менее

вверяется здравие и жизнь великого тела общества»14.

«Не исправление ошибки, а упорство в ней роняет честь любого человека или

организации людей»15, — отмечал американский ученый, журналист, издатель,

политик, философ Бенджамин Франклин.

Безусловно, судебные ошибки необходимо минимизировать. И, несмотря на судебные

ошибки, повлекшие тяжкие последствия, традиционное вероучение наставляло паству

на уважение к суду: «Народ, переставший питать уважение к правосудию, честности,

правдивости, неподкупности, не имеет право на жизнь»16.

Следует отметить, что во все времена общество различало произвол и судебную

ошибку, связанную с судейским усмотрением. При осуществлении судебного

усмотрения судья должен выбрать из возможных вариантов, найти оптимальное

решение, исходя из обстоятельств конкретного дела. Поэтому так актуальна

проблема судейского усмотрения, его природа, пределы при принятии решения.

Вывести единую формулу, определяющую с математической точностью алгоритм

судебного усмотрения, и определить правовые и нравственные механизмы его

ограничения означало бы открыть универсальный способ осуществления правосудия.

Устранить опасность субъективизма и произвола возможно путем введения

судейского усмотрения в рамки определенных правовых ограничений — процедурных

и материальных17.

И здесь важно, чтобы формально правильное применение норм права не

превратилось в сущую несправедливость, потому что «как бы хороши ни были

правила деятельности, они могут потерять свою силу и значение в неопытных,

грубых и недобросовестных руках»18.

Залог хорошей работы государственного аппарата Н.М. Карамзин усматривал в

подборе квалифицированных и достойных (нравственных) людей. Кандидаты

назначаются на высокие государственные должности по способностям: «Кто имеет

ум министра, не должен поседеть в столоначальниках или секретарях»19.

Сегодня значительная роль в деле внедрения антикоррупционных стандартов в

деятельность судей отведена органам судейского сообщества. При формировании

кадрового состава судейского корпуса особое внимание уделяется психологической и

нравственной подготовке кандидатов, их способности честно и добросовестно

служить правовым и нравственным интересам российского народа.

Как известно, текст присяги впервые избранного российского судьи начинается

словами: «Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять свои

обязанности…».

Честность судьи — основа его деятельности. Ветхозаветные законы резко порицали

нарушения судьей канонов честного и справедливого суда.

«Доколе будете вы судить неправедно и оказывать лицеприятие нечестивым?» —

вопрошал царь израильский Давид (Пс. 81:2). В «Слове о судьях и властителях,

берущих мзду и неправедно судящих», которое входит в Сборник «Мерило праведное»,

сказано: «Проклят всякий судящий неправедно. Ярость Господня на них неисцельная

до века. И огонь сожжет их ради нечестия их и отцов их, которые взимают

неправедную мзду. А не любящие мзду спасутся»20.

Жрецы правосудия, уличенные в коррупции, подвергались лютой каре. Вот пример

из истории Геродота: Сисамн — один из царских судей, подкупленный деньгами,

вынес несправедливый приговор. Царь Камбис повелел судью казнить и с живого

содрать кожу. Кожу приказал выдубить, нарезать из нее ремней и обтянуть ими

судейское кресло, на котором тот восседал в суде. Камбис назначил судьей сына

казненного Сисамна, повелев ему помнить, на каком кресле, восседая, он судит21.

Перечислим важнейшие достижения библейского правосудия. Первое — личная

ответственность за содеянное («Каждый понесет свое бремя (Гал. 5, 6). И судим был

каждый по делам своим» (Откр. 20, 13). Второе — процессуальное равенство при

привлечении к уголовной ответственности («Одинаковым судом был наказан раб с

господином, и простолюдин терпел одно и то же с царем» (Прем. 18, 11). Третье —

предупреждение споров, конфликтов, их мирное разрешение («Мирись с

соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы он не отдал тебя

судье» (Мф. 5, 25) — чем не нынешняя процедура медиации?). Четвертое —

гуманизм («милость к падшим» (Иак. 2,13); «Сотня ненаказанных для Господа лучше

одного невиновного наказанного)». Пятый принцип библейского правосудия —

отделение суда от исполнительной власти («Ты не исполнитель закона, но судья»

(Иак. 4, 11). И, наконец, в Библии мы находим призывы к отказу от обвинительного

уклона («Вы между тем суд превращаете в яд и плод правды в горечь» (Амос. 6, 12).

Библейскому осуждению подлежит зло, а не согрешивший человек; Христово

прощение адресовано не «признавшимся» в грехе (преступлении), а искренне

раскаявшимся («Блаженны плачущие» (Мф. 4, 5)

Ответственность, которая ложится на плечи судьи, неимоверно тяжела. И совсем

не просто сохранить в себе нравственные начала. Вспомним, что писал об этом Оноре

де Бальзак в рассказе «Мараны»: «Судьи — несчастнейшие из людей, они обязаны

всех подозревать, до всего доискиваться, всюду предполагать дурные намерения и

раскрывать их, чтобы добраться до правды, скрывающейся под самыми

противоречивыми поступками. Может ли выполнение жрецами правосудия своего

страшного долга в конце концов не иссушить в них источники тех великодушных

чувств, которые сами они вынуждены брать под сомнения? Если чувства хирурга,

вечно копающегося в тайнах человеческого тела, в конце концов притупляются, что

же становится с совестью судьи, которому постоянно приходится исследовать

малейшие изгибы человеческой души? Первые — мученики своей миссии, а судьи

ходят всегда в черном, словно носят траур по своим погибшим иллюзиям, и

преступление ложится на них такой же тяжестью, как и на самих преступников»22.

Споры о достоинствах и недостатках судопроизводства, в частности, о

соотношении права, правосудия и религии в многоконфессиональном государстве

велись издавна и, видимо, не утихнут в ближайшее время. Но как бы то ни было,

очевидно одно: в идеальном обществе все основано на нравственных началах, и

человечеству необходимо стремиться к такому идеалу, в том числе путем

совершенствования законодательства.

М.М. Сперанский (1772—1839) — юрист, правовед с высокой нравственностью,

посвятивший свою жизнь делу служения Отечеству, впервые привнес в русское

общественное сознание мысль о том, что «законы существуют для пользы и

безопасности людей...»23. «В государстве, где нет добрых исполнителей, нет и не

может быть просвещенных судей, народ рассуждает о вещах по внешнему их

действию»24.

___________________________________________________

1 См.: Постановление VIII Всероссийского съезда судей от 19 декабря 2012 г. «О состоянии судебной системы Российской

Федерации и основных направлений ее развития» // Судья. 2013 № 1 С. 53—65.

2 См.: Христианское учение о преступлении и наказании / Под ред. А.А. Толкаченко, К.В. Харабет. М., 2009 С. 16—218.

3 См.: Карамзин Н.М. История государства Российского. В 12 т. Т.1. М., 2012 С. 52

4 См.: Сушкова Ю.Н. Этноправосудие у мордвы. Саранск. 2009 — 576 с.

5 См.: Библия. Книга Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М., 1993 С. 8

6 См.: Аристотель. Политика / Сочинения. В. 4 т. Т. 4 М., 1984 С. 494

7 Даль В.И. Пословицы и поговорки русского народа. СПб., 1997 С. 59, 70—74.

8 Державин Г.Р. Властителям и судьям. Л., 1987 С. 28

9 Цит. по: Яковлев Н.В. Суды и судьи Чувашии 1917—2012 гг. Чебоксары, 2013 С. 9

10 Мерило праведное по рукописи XIV века / Под. ред. М.Н. Тихомирова. М., 1961 С. 30

11 См.: Кони А.Ф. Собр. соч. В 8 т. Т. 2 М., 1966—1969. С. 73, 74

12 См.: Оперативный приказ НКВД СССР от 30 июля 1937 г. № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков,

уголовников и др. антисоветских элементов» // От ВЧК до ФСБ: история и современность управления ФСБ РФ по Республике

Мордовия. Саранск, 2003 С. 140—155.

13 Герцен А.И. Былое и думы. М., 1987 С. 529

14 Цит. по: Христианское учение о преступлении и наказании. С. 217—218.

15 Цит. по: Яковлев Н.В. Указ. соч. С. 9

16 Бажанов А.Т. Курс лекций для студентов юрфака КГУ им. В.И. Ульянова-Ленина. Казань, 1975

17 Подробнее см.: Мартышкин В.Н. Судейское усмотрение в вопросах исполнения приговора // Материалы научно-практической

конференции «Проблемные ситуации применения уголовно-процессуального кодекса РФ». Саранск. 2004 С. 101—112; Он же.

Судейское усмотрение в практике вынесения судами частных определений // Материалы Всероссийской научно-практической

конференции «Актуальные проблемы совершенствования уголовно-правовых, криминалистических и криминологических мер

борьбы с преступностью». Саранск. 2006 С. 61—67; Он же. Механизмы ограничения судебного усмотрения в уголовном

судопроизводстве / Научные труды РАЮН. В 3 т. Вып. 8 Т. 3 М., 2008 С. 681—686; Он же. Правовые механизмы ограничения

судебного усмотрения: теоретические и практические аспекты // Материалы международной научно-практической

конференции, посвященные 15-летию Конституции РФ. Сборник. В 2 т. Т. 2 М., 2009 С. 423—431.

18 Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе // Собр. соч. В 8 т. Т. 4 С. 33—70.

19 Цит. по: Золотухина Н.М. Правовая наука и юридическая идеология России. Энциклопедический словарь биографий / Под

ред. А.М. Сырых. М., 2009 С. 319

20 Цит. по: Буркин А.И. Становление и развитие судебных органов в период Русского централизованного государства (IX — XVII

вв.) // Судья. 2013 № 9 С. 59

21 См.: Геродот. История. Книга Пятая: Терпсихора // http://www.vehi.net/istoriya/grecia/gerodot/05.html

22 См.: Оноре де Бальзак. Мараны /Философские этюды. Собр. соч. В 10 т. Т. 10 М., 1995 С. 387

23 Сперанский М.М. План государственного преобразования (введение к Уложению государственных законов 1809 г.). М., 1905

С. 145—149.

24 Сперанский М.М. О соразмерности образа управления способам исполнения / Записка об устройстве судебных и

правительственных учреждений в России (1803 г.) // http://constitution.garant.ru/history/act1600-1918/3848894/#sub_para_N_200

 

Опубликовано в журнале Судья №10 2014 год

© 2017-2019

Обратная связь для СМИ, 

региональных отделений и

общественных организаций

site@rfros.ru

Сылка на партнера РОС
Судебный Департамент РФ
scroll to top.png
  • Facebook ООО РОС